Горлицкая операция
Страница 4

Планируя военные действия на 21 апреля (4 мая), Радко-Дмитриев решил воспользоваться подходом 3-го Кавказского корпуса, чтобы решительным переходом в наступление отбросить противника на запад. Эта задача возлагалась на группу в составе 10-го и 3-го Кавказского корпусов под общим командованием командира 3-го Кавказского корпуса генерала В. А. Ирманова. Отряд Володченко должен был энергичными действиями на участке между смежными флангами 9-го и 10-го корпусов способствовать наступлению группы Ирманова. Задачи 9-го и правого фланга 24-го корпусов сводились к обеспечению контрудара. Левому флангу 24-го корпуса и корпусам, оборонявшимся в Карпатах (21-му и 12-му), предстояло прочно удерживаться на занимаемых позициях[141]. Отрицательным в решении командарма было то, что предусматривалось нанесение фронтального удара, выполнение которого для войск группы Ирманова было не под силу. Совершенно нереальным был переход к наступательным действиям частей 10-го корпуса, которые понесли большие потери и еле сдерживали натиск превосходящего врага.

События 21 апреля (4 мая) отличались большой напряженностью. Противник настойчиво стремился развить прорыв на стыке 9-го и 10-го корпусов. Макензен вводил в действие свои резервы. Контрудар группы Ирманова не состоялся. 10-й корпус, отряд Володченко и 70-я дивизия 9-го корпуса были настолько серьезно расстроены, что, по словам командарма, представляли собой «только слабые остатки»[142]. После упорного, мужественного сопротивления, стоившего противнику больших потерь, они вынуждены были оставить позиции. Подход 3-го Кавказского корпуса послужил только для прикрытия их отступления. Командование 3-й армии действовало нерешительно. Оно не сумело организовать мощного флангового контрудара. Войска бросались в лобовые контратаки для ликвидации отдельных прорывов.

Радко-Дмитриев не был уверен в благоприятном исходе боевых действий и впервые поставил вопрос об отходе на новые рубежи. В первой половине дня он докладывал Иванову, что обстановка на участке 10-го и левого фланга 9-го корпусов очень тяжелая и что, вероятно, «придется отойти на правый берег Вислоки»[143]. Вскоре, получив дополнительные сведения о том, что и левый фланг группы Ирманова оттеснен, он донес: «При таком положении нам нельзя будет удержаться и на линии Домброва, р. Вислока, Змигрод, Мезолаборч и надо видеть в этой линии лишь переходное положение на следующую линию, которая, по моему мнению, может быть значительно северо-восточнее, примерно Санок, Кросно, Пильзио, Домброва, устье Дунайца»[144]. Не дожидаясь ответа на свой доклад, Радко-Дмитриев отдал приказ центру армии (отряд Володченко, группа Ирманова и 24-й корпус) в ночь на 22 апреля (5 мая) отойти на рубеж р. Вислока от Пильзно до Мисцова (южнее Змигрод) [145]. Правый фланг (9-й корпус) пока оставался в прежнем положении, но днем 22 апреля предполагалось отвести и его. Командарм «поставил себе задачей вывести их из горного района, заняв линию Змигрод, Мезолаборч»[146].

Главнокомандующий фронтом фактически согласился с решением Радко-Дмитриева. В телеграмме от 22 апреля (5 мая) он указывал на необходимость всемерно стремиться к прочному удержанию участка Щуцин, Пильзно и рубежа р. Вислоки от Пильзно до Мисцова, чтобы не потребовалось изменять положение 4-й и 8-й армий. Только в крайнем случае он допускал отход на линию, которая шла по нижнему течению р. Вислоки через Мелец примерно до Дембицы, затем поворачивала на юго-восток к Фриштаку и далее направлялась вдоль р. Вислоки к югу до Велеполе (район Мезолаборч). О намерениях командования Юго-Западного фронта было немедленно сообщено вел. кн. Николаю Николаевичу. Верховный главнокомандующий категорически указал, что не допускает возможности отхода 3-й армии восточнее линии реки Нижней Вислоки, в соответствии, с чем должны быть приняты решительные и настойчивые меры по закреплению этой линии и упрочению на ней названной армии. «Меры по подаче вам артиллерийских патронов, – сообщал Янушкевич в телеграмме, – в пределах возможности принимаются, равным образом усиливается высылка вам укомплектований»[147].

На другой день Янушкевич дополнительно телеграфировал: «Указания верховного главнокомандующего изложены в телеграмме 66; к ним его высочество не имеет ничего добавить и повелел лишь повторить, что если дальнейший отход 3-й армии с ныне занимаемого ею фронта признается неизбежным по обстановке, то нижнее течение Вислоки должно считаться пределом допустимого отхода правого фланга этой армии. Его высочество полагает, что с отходом левофланговых корпусов 3-й армии явится полная возможность выделить из их числа один корпус в резерв, который послужит дальнейшему тему упрочению положения 3-й армии на колом фронте совместно с прибывающими частями Сводной, 13-й Сибирской и 62-й дивизий, причем необходимо, по соглашению с генералом Алексеевым, ускорить прибытие в Галицию последних двух дивизий»[148]. К 23 апреля (6 мая) 3-я армия своим центром отошла к р. Вислока. Противнику была оставлена территория, на которой располагались все подготовленные к обороне рубежи. Отход центральных корпусов создал угрозу флангам и тылу армии. Пришлось отводить и фланговые ее корпуса. Это, в свою очередь, вынуждало отводить и войска соседних 4-й и 8-й армий. Тактическая неудача 10-го корпуса отразилась на положении всего Юго-Западного фронта. Успех противника объяснялся не столько его превосходством в силах и средствах, сколько неумелым руководством войсками со стороны армейского командования. Еще 21 апреля (4 мая) Драгомиров говорил Данилову, что положение в 3-й армии было бы «много лучше при осмысленном распоряжении войсками; к сожалению, этого не было»[149].

Страницы: 1 2 3 4 5 6

Роль авиации на первом этапе Корейской войны.  Успехи лета 1950 г.
Как выше было показано, первый период боевых действий был очень удачен для армии Северной Кореи. Ее сухопутные силы при поддержке авиации, оснащенной советскими поршневыми штурмовиками Ил-10 и истребителями Як-9, нанесли классический молниеносный удар по армии Южной Кореи. Фронт У демаркационной линии, проходивший вдоль 38-й параллели, ...

Начало завоевательных походов
Молодое Монгольское государство, в основе которого, как нигде, лежала воинская организация, да и ещё и управляемое таким талантливым и активным полководцем, каким был Чингисхан, не могло не быть воинственным. Успешно ассимилируя покоренные племена и народы, особенно потому, что отличалась абсолютной веротерпимостью, монголы вскоре стали ...

Июльский кризис. Конец двоевластия.
Кризис разразился 2 июля выходом из правительства кадетов в знак протеста против уступок украинским “сепаратистам”. Чрезвычайную остроту он пробрел 3-4 июля, когда в столице произошла многотысячная вооруженная демонстрация солдат, матросов, рабочих с целью давления на ВЦИК для создания советского правительства. Однако ВЦИК объявил демон ...