Тарутинский маневр. Разгром Наполеона
Страница 1

История » Война между Россией и Францией » Тарутинский маневр. Разгром Наполеона

Пройдя Москву, Кутузов пошел сперва по ряанской дороге, но уже 4-го сентября свернул на калужскую — к Красной Пахре и Тарутину. Этой переменой восточного направления на южное он занимал фланговое положение относительно неприятельской армии, мог действовать на ее сообщения и, во всяком случае, прикрывал от врага обильный Юг России. В нашей компании прокат машин на лучших условиях.

20-го сентября армия заняла Тарутинский лагерь. В ее рядах считалось всего 52 000, кроме ополчения. В последовавшие две недели она почти удвоилась в своем составе. Со всех концов России в Тарутино текли подкрепления: прибыли обученные пополнения — вторые батальоны пехотных полков, отделенные для того еще весною, с Дона явилось новых 26 полков— 15000 казаков. Вся материальная часть была исправлена, и армия, готовясь к новым подвигам, впервые вкусила здесь заслуженный отдых.

Французы открыли движение Кутузова на калужскую дорогу лишь 10-го сентября. Наполеон расположился главными силами в Москве, а за Кутузовым последовал Мюратс 26 000-ми легких войск, расположившийся лагерем в 4-х верстах от русского авангарда Милорадовича.

Середина сентября является поворотным пунктом этой войны. Тут кончается "компания 1812 года" — единоборство русской и французской армий, и начинается Отечественная Война — война всего русского народа

Пожар Москвы светил на всю Россию, его уголья пламенели в каждой русской груди — под золотым шитьем мундира и под худой сермягой. И вся Россия взялась за мушкеты и самопалы, сабли и топоры, вилы и дубины!

Менее чем за два месяца было выставлено 300 000 ополчения и собрано сто миллионов рублей. Но никто никогда не смог подсчитать числа партизан. Восстали целые уезды Московской, Калужской и Смоленской губерний. Каждый сарай обратился в крепость, каждая усадьба в западню, в лесу за каждым деревом пришельца сторожила смерть.

Этот период войны навеки связан с именами Платова, Растопчина, Дениса Давыдова, Сеславина, Фигнера, Дорохова, многих десятков и сотен других менее заметных, но столь же преданных вождей всенародного движения Положение Наполеона в Москве сделалось затруднительным, из затруднительного — критическим. На мирные свои предложения он не получал никакого ответа, а Император Александр сказал знаменательные слова, что "скорее уйдет со своим народом вглубь азиатских степей, отрастит бороду и будет питаться картофелем, чем заключит мир, пока хоть один вооруженный неприятель останется на русской земле".

Партизанское движение, все разраставшееся, обращало фуражировки в кровопролитные бои и затрудняло сколько-нибудь сносное довольствие войск. Почти всю кавалерию пришлось спешить. Грабеж горевшей Москвы внес сильную деморализацию в войска, все более ускользавшие из подчинения. 6-го октября Наполеон тронулся из Москвы в ином направлении — по калужской дороге. С ним было 107000 человек при 360 орудиях и громадных обозах.

Как раз в тот же день 6-го октября решил перейти в наступление и Кутузов. На рассвете он атаковал врасплох авангард Мюрата при Тарутине и опрокинул его. Ряд промахов с нашей стороны воспрепятствовал полному разгрому неприятеля.

Выступление Наполеона из Москвы и его движение на калужскую дорогу было открыто Сеславиным немедленно осведомившим об этом как Кутузова, так и ближайший авангардный корпус Дохтурова. Не теряя времени, по собственному почину, Дохтуров бросился со своим корпусом на пересечку Наполеону и 12-го октября заступил ему путь на Калугу и Юг в упорном восемнадцатичасовом сражении при Малоярославце. При Малоярославце с каждой стороны сражалось по 24 000 человек и потеряно по 5500. Горящий город до 11-ти часов вечера переходил из рук в руки и, в конце концов, остался за французами.

Поздно вечером 12-го к Малоярославцу подошли главные силы как русских, так и французов. Генеральное сражение становилось как будто неизбежным, но его не желали ни Наполеон, ни Кутузов. Император не хотел рисковать своими последними силами, Кутузов не хотел рисковать вообще Дилемма "пробиваться либо отступать" была решена Наполеоном в смысле отступления . Дорога на Юг была преграждена, но дорога на Запад все еще была открытой. Оставался вопрос о маршруте — и Наполеон, после некоторого колебания, несмотря на советы Даву, предложившего идти кружным путем на Медынь, высказался в пользу кратчайшего направления — большого смоленского тракта, по которому он уже шел в августе на Москву.

Наполеон направлял свою армию, по совершенно опустошенной, разоренной, обезлюдевшей местности, где довольствовать армию было уже невозможно. Этим Император сам обрекал на гибель свое сильно поредевшее войско. Узнав о выступлении Наполеона из Москвы, Император Александр немедленно составил план захвата пути отступления французской армии. План этот — огромные стратегические "Канны" — состоял в одновременном наступлении северной группы войск Витгенштейна и южной — Чичагова — навстречу друг другу. Обе эти армии должны были в последних числах октября сойтись на Березине. Французы, преследуемые тем временем главной армией, окружались, таким образом, со всех сторон.

Страницы: 1 2

Второй кризис.
Внутренняя и внешняя политика 1-го коалиционного правительства(6 мая- 2 июля) вызвали новый взрыв недовольства. Оно достигло значительного размаха летом 1917г. в результате провала наступления русской армии и угроза кадетов развалить коалицию и вылилось в июльские события 1917г. 3-4 июля состоялись массовые вооруженные демонстрации рабо ...

Основные направления внешней политики России в XVI в. Ливонская война.
На востоке Русское государство граничило с осколками распав­шейся в XV в. Золотой Орды: Сибирским ханством и Казанским хан­ством, на юго-востоке - с Ногайской Ордой и Астраханским ханством, и на юге с Крымским ханством. Богатство поволжских земель, торговый путь на Восток, ликви­дация угрозы набегов на русские земли - причины военных п ...

Знакомство Алексея Михайловича и Никона
На третий год после своего поставления, в 1646г. Никон, отправившись в Москву, явился с поклоном молодому царю Алексею Михайловичу. Царю до такой степени понравился кожеозерский игу­мен, что он велел ему остаться в Моск­ве, и, по царскому желанию, патриарх Иосиф по­святил его в сан архимандрита Новоспасского мо­настыря. Место это было о ...