Глава 1

Франциск 1 воскликнул как-то, что «двор без женщин все равно, что времена года без весны, а весна без роз». Прощайте, мрачные рыцарские замки, прощай, скучная жизнь в одиночестве. Владельцы их, некогда сосланные в глушь своих провинций, по первому зову явились ко двору короля. Вместе с ними ехали их жены, ехали украсить своим присутствием сказочные феерические дворцы Его королевского величества, в которых жизнь протекала как вечный праздник, в постоянных пирах, охотах и развлечениях.

Так, появившись на политической сцене, женщины Франции 16 века сразу стали играть заметную роль.

В этом странном и блестящем обществе, в котором эрудиция ценилась превыше роскоши, а смелость мысли и поступка радостно встречалась как новое и доселе неведомое удовольствие, расцвели бессмертные творения искусства, в то время как в глубине его под столь изящной, утонченной элегантностью скрывались грубость и насилие почти варварские, по временам примешивавшие к аромату чувственной поэзии пряный запах крови. То была эпоха, таившая в себе столько страданий и сладострастия, столько слез и раскатов смеха, в которую веселость Рабле сияла и искрилась посреди приступов безумного религиозного фанатизма и гнева, а мода на женскую и мужскую одежду была исполнена особой грации и необычайного изящества, эпоха живописная и драматическая во всем, во всех аспектах представлявшаяся то грандиозной, то смехотворной, соблазнительно-прекрасной и отталкивающе ужасной в одно и то же время.

Все, что с ней связано, в равной степени напоено какой-то изящной завораживающей жестокостью. Христианский мистицизм соединяется с любовью к форме, отличительной чертой всякого язычества; самые грубые суеверия сливаются с самым искренним и научным, пытливым сомнением. Религия и разврат царят в одних и тех же душах. Словом, неспокойный, непоследовательный, мучительный век, к которому прекрасно подходит замечание Ля Брюйера о Рабле: «Чудовищная смесь тонкой и изобретательной морали и самого грязного распутства и порчи, когда дурное доставляет себе истинное удовольствие, становясь еще хуже, а хорошее – утонченней и прекрасней, на фоне пороков еще разительней бросаясь в глаза».

Все дамы двора Валуа, столь любопытного для наблюдений, заслуживают того, чтобы стать предметом самого глубокого изучения. Какое разнообразие женских типов, в которых легко различаются все нюансы человеческих страстей, где посреди самых трагических событий сияют незаурядные красавицы, достойные иметь своим историографом Брантома, великого французского бытописателя галантных дам и французского общества 16 века.

Однако история всякого века начинается с конца предыдущего. Так уже повелось испокон веков.

Новые подходы в историографии Сталинградской битвы
Историография Великой Отечественной войны, и Сталинградской битвы в частности, довольно многочисленна. Из исследовательских работ следует отметить монографию ирландского историка Дж. Робертса «Сталинград. Битва, которая изменила историю», а также работу историка из США А. Аксела «Герои России», одна из глав которой посвящена герою Стал ...

Отечественная война 1812 года
Великая Отечественная война 1812-1814 гг. занимает особое место в истории нашего государства. Она явилась испытанием всех материальных и духовных сил Российской империи и стала самой суровой проверкой боевых качеств Советской Армии и Военно-Морского Флота. Народы самоотверженно защищали свою Родину от нашествия Наполеоновской армии . На ...

Первые шаги советской власти
Суть послеоктябрьских политических маневров Ленина — не допустить коалиционного (так называемого «однородного» — от народных социалистов до большевиков) социалистического правительства (причем в противовес позиции ЦК добиться создания такового без Ленина и Троцкого). Против Ленина выступили Каменев, А. И. Рыков, В. П. Милютин, В. П. Ног ...