Глава 1

Франциск 1 воскликнул как-то, что «двор без женщин все равно, что времена года без весны, а весна без роз». Прощайте, мрачные рыцарские замки, прощай, скучная жизнь в одиночестве. Владельцы их, некогда сосланные в глушь своих провинций, по первому зову явились ко двору короля. Вместе с ними ехали их жены, ехали украсить своим присутствием сказочные феерические дворцы Его королевского величества, в которых жизнь протекала как вечный праздник, в постоянных пирах, охотах и развлечениях.

Так, появившись на политической сцене, женщины Франции 16 века сразу стали играть заметную роль.

В этом странном и блестящем обществе, в котором эрудиция ценилась превыше роскоши, а смелость мысли и поступка радостно встречалась как новое и доселе неведомое удовольствие, расцвели бессмертные творения искусства, в то время как в глубине его под столь изящной, утонченной элегантностью скрывались грубость и насилие почти варварские, по временам примешивавшие к аромату чувственной поэзии пряный запах крови. То была эпоха, таившая в себе столько страданий и сладострастия, столько слез и раскатов смеха, в которую веселость Рабле сияла и искрилась посреди приступов безумного религиозного фанатизма и гнева, а мода на женскую и мужскую одежду была исполнена особой грации и необычайного изящества, эпоха живописная и драматическая во всем, во всех аспектах представлявшаяся то грандиозной, то смехотворной, соблазнительно-прекрасной и отталкивающе ужасной в одно и то же время.

Все, что с ней связано, в равной степени напоено какой-то изящной завораживающей жестокостью. Христианский мистицизм соединяется с любовью к форме, отличительной чертой всякого язычества; самые грубые суеверия сливаются с самым искренним и научным, пытливым сомнением. Религия и разврат царят в одних и тех же душах. Словом, неспокойный, непоследовательный, мучительный век, к которому прекрасно подходит замечание Ля Брюйера о Рабле: «Чудовищная смесь тонкой и изобретательной морали и самого грязного распутства и порчи, когда дурное доставляет себе истинное удовольствие, становясь еще хуже, а хорошее – утонченней и прекрасней, на фоне пороков еще разительней бросаясь в глаза».

Все дамы двора Валуа, столь любопытного для наблюдений, заслуживают того, чтобы стать предметом самого глубокого изучения. Какое разнообразие женских типов, в которых легко различаются все нюансы человеческих страстей, где посреди самых трагических событий сияют незаурядные красавицы, достойные иметь своим историографом Брантома, великого французского бытописателя галантных дам и французского общества 16 века.

Однако история всякого века начинается с конца предыдущего. Так уже повелось испокон веков.

Лжедмитрий I и его место в русской истории. Борьба за царский тон
В Брагине, на Киевщине, во владениях князей Вишневских один из слуг объявил себя чудесно спасшимся «царевичем Дмитрием», сыном Иоанна IV Васильевича. Его царственность подтвердили русские эмигранты. Как это произошло точно неизвестно. По одной легенде «Дмитрий» заболел и думая, что умирает, признался в своем происхождении священнику, ко ...

За­клю­че­ние
Ис­то­рия при­хо­да фа­ши­ст­ской пар­тии к вла­сти в Гер­ма­нии – это ис­то­рия воз­вы­ше­ния и пре­вра­ще­ния Гит­ле­ра в дик­та­то­ра. Что­бы об­ла­дать аб­со­лют­ной вла­стью в ми­ре, к че­му столь яро­ст­но стре­мил­ся фю­рер, ему не­об­хо­ди­мо бы­ло до­бить­ся та­кой вла­сти в пар­тии и в стра­не. Ра­ди это­го, но был го­тов сра ...

Завоевания Закавказья
Основная сила татаро-монгол возвратилась с награбленной добычей из Средней Азии в Монголию. Но значительная часть войска была направлена на завоевание Ирана и Закавказья. Разбив объединенные армяно-грузинские войска и нанеся огромный ущерб экономике Закавказья, захватчики, были вынуждены покинуть территорию Грузии, Армении и Азербайджан ...