Загадки личности Лжедмитрия I в истории
Страница 8

История » Загадки личности Лжедмитрия I » Загадки личности Лжедмитрия I в истории

Главное же доказательство – поведение самого Лжедмитрия. С первого же дня своего царствования он повел себя отнюдь не как самозванец, а напротив, как государь, вернувший себе законный престол.

Что стал бы делать фальшивый царь? Прежде всего, ликвидировал бы нежелательных свидетелей. Благо и случай представился, причем такой, лучше которого и желать было нельзя. Суд боярской думы приговаривает к смерти Василия Шуйского, того самого боярина, который расследовал убийство в Угличе, собственными глазами видел труп мальчика. Но Лжедмитрий милует Шуйского.

Современники рассказывают, что царь Дмитрий показывал народу в Москве настоящего Гришку Отрепьева, о котором впоследствии объявили, что это был не настоящий, а подставной Отрепьев, что это был инок Крыпецкого монастыря, Леонид, другие, что это был монах Пимен. Но Григорий Отрепьев был вовсе не такая малоизвестная личность, чтоб можно было подставлять на место его другого. Григорий Отрепьев был крестовый дьяк (секретарь) патриарха Иова, вместе с ним ходил с бумагами в царскую думу. Все бояре знали его в лицо. Григорий жил в Чудовом монастыре, в Кремле, где архимандритом был Пафнутий. Само собой разумеется, что если бы названный царь был Григорий Отрепьев, то он более всего должен был бы избегать этого Пафнутия и, прежде всего, постарался бы от него избавиться. Но архимандрит Пафнутий в продолжение всего царствования Дмитрия был членом учрежденного им сената и, следовательно, виделся с царем почти каждый день.

Дмитрий не преследовал вообще тех, которые сомневались в его подлинности. «Астраханский владыка Феодосий упорно держался Годунова и усердно проклинал Гришку Отрепьева, пока наконец народ изругал его и отправил к воцарившемуся Димитрию. «За что ты, - спросил его царь, - прирожденного своего царя называешь Гришкою Отрепьевым?». Владыка отвечал: «Нам ведомо только то, что ты теперь царствуешь, а Бог тебя знает, кто ты такой и как тебя зовут». Димитрий не сделал ему ничего дурного»[21,c.346].

А как стал бы себя вести самозванец в начальный период своего незаконного правления? Наверное, попытался не выходить из имиджа «православного государя». А Лжедмитрий безжалостно рушит все каноны. Открыто говорит о том, что ему по сердцу западные порядки, западная мода. Он открыто пренебрегает такими устоявшимися обычаями, как медленное вышагивание по дворцу, непременный сон после обеда. В его поведении и делах, которые описывает приверженец версии лжецаревича Гришки Отрепьева Н.М. Карамзин ярко «виден» молодой царь-реформатор Петр I, его начальные потешные дела, пьяные утехи, а затем и реформаторские дела, за которые спустя столетия назовут царя - Петром Великим. Правда, Петр не побоялся рубить головы боярам, а Дмитрий Иванович в этом отношении оказался более либеральный, за что и поплатился собственной головой.

Может быть, Лжедмитрий надеялся на поляков, пришедших в Москву вместе с ним? Но «польской марионеткой» он отнюдь не был. Наоборот, сразу же рассорился с Сигизмундом III, отказавшись делать ему территориальные уступки и вводить в России католичество. А ведь будь он самозванцем, именно разоблачений из Польши ему следовало опасаться больше всего. «Уже перед лицом смерти, лежа со сломанной ногой среди мятежников, Лжедмитрий продолжал уверять всех в том, что он законный царь. Когда после смерти Лжедмитрия у Марии Нагой спросили, ее ли это сын, она произнесла хорошо известную фразу: «Об этом надо было спрашивать, когда он был жив…». По другому, польскому, известию она сказала: «Было бы меня спрашивать, когда он был жив, а теперь, когда вы его убили, он уже не мой» [24,c.257].

Можно добавить, что ни царь Федор Иоаннович о своем брате, ни царица Мария о сыне не сделали заупокойных вкладов в монастыри и церкви, явно нарушая тем самым традицию.

Есть сведения, что Борис Годунов, выясняя, кто его новый враг, пришел к выводу, что это известный ему Григорий (Юрий) Отрепьев. Борис объявил боярам, что подстановка самозванца их дело. Велел привезти в Москву мать царевича Марфу. «На вопрос Годунова жив ли её сын, Марфа отвечала, что точно не знает, что до неё доходили слухи, что сын жив, но те, кто говорил уже умерли. Годунов едва успел оттащить свою разъяренную жену, собиравшейся выжечь Марфе глаза» [24,c.243].

В начале 1605 года по приказу и образцу, присланному из Москвы, пограничные воеводы разослали к пограничным польским шляхтичам грамоты, с известиями об Отрепьеве, но грамоты эти, составленные с ошибочными датами и массой неточностей, давали самозванцу и бывшим при нем русским людям возможность уличать московское правительство во лживости и противоречиях.

В присяге на верность войска царю Федору Борисовичу Годунову по сведению Н.М. Карамзина указано: «…Заметили также, что в присяге Феодоровой Самозванец не был именован Отрепьевым: слагатели ее, вероятно, без умысла, написали единственно: клянемся не приставать к тому, кто именует себя Димитрием. «Следственно, говорили многие, сказка о беглом Диаконе Чудовском уже торжественно объявляется вымыслом. Кто же сей Димитрий, если не истинный?» Самые верные имели печальную мысль, что Феодору не удержаться на престоле».[16,T.11,c.287].

Страницы: 3 4 5 6 7 8 9

Монгольская армия
Военно-административная структура Орды строилась по принципу формирования войска, сохраняя родовые связи. Войско делилось на десятки, сотни, тысячи. Десять тысяч воинов составляли тумен или тьму. Все мужское население, а при необходимости и часть женского, представляло собой войско, состоящее из хорошо подготовленных конных воинов, с вы ...

Средства массовой информации
Простые советские люди с помощью СМИ подверглись зомбированию со стороны псевдодемократов, вовсю манипулировавших общественным мнением. Народ безмолвствовал. Советские люди вдруг моментально забыли об исторических завоеваниях социалистической цивилизации и прежде всего о том, что у них были работа, крыша над головой, что квартиры они п ...

Знакомство Алексея Михайловича и Никона
На третий год после своего поставления, в 1646г. Никон, отправившись в Москву, явился с поклоном молодому царю Алексею Михайловичу. Царю до такой степени понравился кожеозерский игу­мен, что он велел ему остаться в Моск­ве, и, по царскому желанию, патриарх Иосиф по­святил его в сан архимандрита Новоспасского мо­настыря. Место это было о ...